Майкл Империоли рассказал, что серьёзную сцену после похорон Ливии удалось снять только с двенадцатой попытки. Монолог Кристофера о том, что невозможно доказать существование двух одинаковых людей, постоянно вызывал смех у актёрского состава. В готовом эпизоде бессвязные рассуждения героя лишь усиливают неловкость собр
Майкл Империоли рассказал, что серьёзную сцену после похорон Ливии удалось снять только с двенадцатой попытки. Монолог Кристофера о том, что невозможно доказать существование двух одинаковых людей, постоянно вызывал смех у актёрского состава.
В готовом эпизоде бессвязные рассуждения героя лишь усиливают неловкость собрания, которое Дженис заставляет превратить в круг воспоминаний. За кадром абсурдность текста оказалась настолько заразительной, что исполнители не могли сохранить серьёзные лица.
Источник: People
