Дэвид Чейз признался, что во время подбора актёра на роль Тони Сопрано не сразу увидел в Джеймсе Гандольфини необходимую угрозу. Ранние работы исполнителя показывали мягкость и юмор, которые казались неожиданными для главы криминальной семьи. Именно сочетание уязвимости и скрытой силы в итоге сделало выбор решающим. По
Дэвид Чейз признался, что во время подбора актёра на роль Тони Сопрано не сразу увидел в Джеймсе Гандольфини необходимую угрозу. Ранние работы исполнителя показывали мягкость и юмор, которые казались неожиданными для главы криминальной семьи.
Именно сочетание уязвимости и скрытой силы в итоге сделало выбор решающим. После проб Чейз понял, что Гандольфини способен в одной сцене быть семейным человеком, пациентом и человеком, которого окружающие действительно боятся.
Источник: Decider
